chief_179

Categories:

Гранатная картечь в первой обороне Севастополя.

Данный материал приставляет собой, исправлены и дополненный вариант статьи, написанной мною, в далёком уже 2011 г. и опубликованной в 2013 г., в 24 номере журнала «Military Крым».

  Героическая оборона Севастополя в 1854-55г. явилась первым позиционным противостоянием наступавшей новой индустриальной эпохи и в какой-то степени стала предвестником знаменитого позиционного противостояния периода Первой мировой войны. По этой причине, одним из интереснейших аспектов её истории является то, что по результатам боёв у стен крепости, армии участников конфликта обогатились большим количеством ранее не применявшихся в войне технических новинок и приёмов, без которых уже не мыслима современная война. Так, к примеру, именно здесь были впервые использованы проволочные заграждения и противопехотные мины, впервые в военных целях широко использовался электрический телеграф, впервые в значительных количествах применены серийные нарезные орудия и т. д. Арсенал же русской армии, помимо всего прочего пополнился новым, необычным видом снаряда для крупнокалиберных мортир. Об этом, разработанном в осаждённой крепости боеприпасе и пойдёт речь ниже. 

Гласисная батарея Корниловского бастиона (Малахов курган). На переднем плане 5-пуд. крепостная мортира «прежнего чертежа» на деревянном лафете. Белая линия, нанесенная на ствол, служит для облегчения наведения мортиры по горизонтали. На заднем плане видна корабельная 68-фунт. бомбическая пушка.
Гласисная батарея Корниловского бастиона (Малахов курган). На переднем плане 5-пуд. крепостная мортира «прежнего чертежа» на деревянном лафете. Белая линия, нанесенная на ствол, служит для облегчения наведения мортиры по горизонтали. На заднем плане видна корабельная 68-фунт. бомбическая пушка.

  С самого момента своего появления крупнокалиберные мортиры являлись одним из самых эффективных средств, как обороны, так и осады крепостей, что в очередной раз нашло подтверждение у стен Севастополя, в период ставшей знаменитой его первой обороны. В ходе осады города их в большом числе применили обе стороны конфликта. Значение тяжёлых мортир в длившемся почти год позиционном противостоянии у стен крепости очень трудно переоценить и многие участники боёв прямо указывают на подавляющее превосходство атакующей стороны в мортирном огне как на одну из важнейших причин падения Севастополя. 

  В русской армии в середине XIX века крупнокалиберные мортиры были представлены несколькими типами осадных и крепостных мортир калибром 2 и 5-пуд. Так же, в сухопутной артиллерии, в очень небольшом количестве, имелись и 3-пуд. мортиры, но их было так мало, что например, в Высочайше утверждённых «Правилах для вооружения крепостей и укреплений» (1844 г.), основном документе, регламентирующем состав крепостной артиллерии, их даже не упоминают. Кроме того, иногда, в крепости поступали  и флотские 2, 3 и 5-пудовые мортиры. 

  Из тяжёлых мортир стреляли бомбами, бранскугелями, каркасами и светящимися ядрами. Однако, самым важным, для крепостных мортир, согласно действовавшим в тот период наставлениям, считалась стрельба тяжелой навесной картечью или крупными камнями, служившими её более дешёвым заменителем в тех крепостях, где можно было этими камнями запостись. Навесная картечь, была способна с высокой эффективностью поражать неприятельские войска и рабочих за брустверами и в осадных траншеях. При этом, как не странно, самые мощные 5-пудовые мортиры предназначались практически исключительно для стрельбы картечью, стрельба же бомбами из них предусматривалась только в очень редких случаях. Существенно пересмотреть, эти взгляды на использование крупнокалиберных мортир при обороне крепостей, заставил только кровавый опыт длительной борьбы за Севастополь.

  К моменту высадки неприятеля в Крыму, в сентябре 1854г., на сухопутном фронте Севастопольской крепости вообще не имелось не одной крупной мортиры (правда, несколько 5-пуд. мортир имелось на береговых батареях приморского фронта и часть из них, могла быть использована для действия по суше, но их тоже было не много). После того, как неприятель начал правильную осаду города, мортиры оказались очень востребованы, и их количество на крепостных верках стало быстро увеличиваться. Так, если к началу первой бомбардировки города (5 октября 1854г.) вследствие острой нехватки мортирных лафетов их успели установить всего 5 штук - 3 2-пуд. и 2 5-пуд, то всего через месяц их количество уже увеличилось до 17 единиц - 4 2-пуд. и 13 5-пуд. В следящем году их число продолжало неуклонно расти и к 5 августа 1855г. на батареях, бастионах и редутах крепости стояло уже 39 2-пуд. и 30 5-пуд. мортир. 

  Впервые при обороне Севастополя навесная мортирная картечь была применена защитниками крепости с бастиона №4. В первой половине осады именно это укрепление являлось главным пунктом французской атаки, и поэтому подступы неприятеля продвигались здесь очень быстро, существенно обгоняя осадные работы на других участках. Уже 20 октября 1854г. французы заложили перед бастионом №4 свою третью параллель, и к концу месяца приблизились к нему на расстояние 120-130м, тем самым, войдя в зону действия навесной картечью из установленных на бастионе мортир. К этому моменту на вооружение бастиона №4 находилось шесть крупнокалиберных мортир - 2шт. 2-пуд. и 4шт. 5-пуд.

  Здесь, думаю надо прерваться и подробнее рассказать собственно о навесной картечи, так как именно она послужила прототипом для нового снаряда. В готовом виде русская навесная картечь для мортир представляла собой цилиндрический корпус из листового железа с чугунным поддоном и уложенными в него картечными пулями или небольшими ядрами. Стандартный снаряд к 2-пуд. крепостной мортире весил 41,8кг и содержал в себе 75 чугунных картечных пуль №9. Сверху корпус 2-пуд. картечи закрывался крышкой с ручками для переноски. 5-пуд. картечь вмещала 198 пуль №9 или 94 «увеличенные пули», они же «картечные пули №10». Последние принятые на вооружение специально для стрельбы из 5-пуд. мортир, так как после испытаний (в том числе и на животных), пули №9 были признанны недостаточно эффективными. В первом случае снаряд весил 114,7кг, а с «увеличенными пулями» 111,9кг. Но следует отметить, что в Севастополе в условиях осады и дефицита материалов, правила снаряжения картечи часто не соблюдались, число пуль и их номера могли отличатся от установленных, кроме того, вместо пуль очень широко применялась пушечные ядра малого калибра, в основном 3-фунт., и тяжёлые осколки от неприятельских разрывных снарядов. 2-пуд. картечь заряжалась в готовом виде, а у 5-пуд. мортир, из-за большого веса снаряда, процесс заряжания был сложнее и дольше: сначала в ствол мортиры вставляли полупустой корпус, содержащий несколько первых рядов пуль, и только затем в него укладывали остальные картечные пули. Перед заряжанием картечи в ствол мортиры, поверх камеры с метательным пороховым зарядом, обязательно вкладывался деревянный «полушарный» поддон и уже только на него ставили сам снаряд. Огонь навесной картечью вёлся на дистанцию от 50 (107м) до 75 сажень(160м). На большей дистанции пули имели слишком большой разлёт. При стрельбе из 5-пуд. мортиры на максимальную эффективную дальность разлёт пуль №10 составляет «окл.20 сажень(42м) по направлению выстрела и окл.15 сажень в стороны(32м)».

  Новый же вид боеприпасов к мортирам появился в войсках уже в конце 1854г.  Разработчиком нового снаряда называют штабс-капитана Корпуса морской артиллерии Ф. В. Пестича. Суть его, в общем, то простого предложения сводилась в замене сплошных поражающих элементов в составе навесной картечи, разрывными снарядами, что должно было резко повысить её эффективность, увеличив зону поражения картечи за счёт осколков разлетающихся после взрыва снарядов. Официально разработанный штабс-капитаном Пестичем снаряд, получил название «гранатной картечи», но в войсках Севастопольского гарнизона он повсеместно был известен как «капральство». К сожалению пока точную историю происхождение этого названия установить не удалось. 

  Что же представляет собой гранатная картечь? В цилиндрический корпус из листового железа с чугунным поддоном, как у обычной навесной картечи, слоями укладывались гранаты. Гранаты помещались очком к центру снаряда на деревянные круги, в которых имелись вырезы под каждую гранату. В центре чугунного поддона картечной банки и деревянных кругов, разделяющих ряды гранат, находились отверстия, через которые проходил стопин, особый быстро горящий шнур, соединенный с гранатными трубками каждой из гранат «капральства». Для снаряжения снаряда наиболее часто использовались 3 и 6-фунтовые гранаты. В 5-пуд. гранатную картечь в варианте с 3-фун. гранатами их входило 36 шт., уложенных в четыре ряда, а в варианте снаряжения более мощными 6-фун. гранатами их в снаряд укладывали 28 шт. (четыре ряда) или 21шт. (три ряда). Количество поражающих элементов в гранатной картечи к 2-пуд. мортирам было значительно меньше и состояло всего из 18-ти 3-фун. гранат. Корпуса картечи и к 2-пуд. и к 5-пуд. мортирам сверху закрывались крышкой с двумя ручками, служившими для переноски и заряжания снаряда. Вес полностью снаряженного «капральства» к 5-пуд. мортире, с 3-фун. гранатами составлял около 65кг., а с 6-фун. примерно 90-60кг., в зависимости от количества рядов гранат. 2-пуд. гранатная картечь весила порядка 40кг.

  Действовал новый снаряд следующим образом: при выстреле пороховые газы через отверстие в поддоне воспламеняют проведенный по оси снаряда стопин и ломают оболочку картечи, стопин передаёт огонь трубкам гранат и они, падая на большой площади, разрываются, поражая всё вокруг своими осколками. 

5-пуд. гранатная картечь в снаряженном виде.
5-пуд. гранатная картечь в снаряженном виде.

Гранатная картечь снаряжалась в артиллерийских лабораториях и доставлялась на батареи в полностью готовом для использования виде. Правда из-за хронической нехватки материалов в осаждённой крепости не всегда удавалось достать все компоненты необходимые для сборки «капральства» и поэтому зачастую стреляли без чугунных поддонов, используя в место них только деревянные «полушарные» и даже стреляли вообще без железных картечных корпусов! В последнем случае в ствол мортиры поверх заряда укладывался деревянный поддон, а на него слои гранат. В отличие от стандартного варианта, где гранаты клались очком к центру орудийного ствола, при стрельбе без картечных банок, гранаты располагались очком к стенкам мортирного ствола. Интересно, что на испытаниях, проведённых на Варшавском учебном полигоне уже после окончания Крымской войны, было установлено, что в отличие от стандартного варианта, при таком способе стрельбы происходит 100% воспламенение запальных трубок у всех выстеленных гранат. В стандартном же виде снаряда, с приводом от стопина, имел место значительный процент не сработавших трубок. 

  Помимо 3 и 6-фунтовых гранат для изготовления «капральства» иногда использовались и более мощные ¼-пуд. и ½-пуд. гранаты. Впрочем, их использование носило эпизодический характер. Применялись они в основном в экстренных случаях и при отсутствии гранат меньшего калибра. Разрешение на использование гранат калибром более чем 6-фун. для стрельбы из тяжёлых мортир начальник артиллерии Севастопольской крепости К. Ф. Шейдеман [13] давал редко и неохотно, так как он считал, что прицельная стрельба гранатами из ½-пуд. мортир и ¼-пуд. единорогов гораздо эффективнее, чем действие тех же гранат в составе гранатной картечи. Низкая результативность «капральства» с такими гранатами была обусловлена их большими размерами. В снаряд для даже самой крупной 5-пуд. мортиры их помещалась не много, а после выстрела гранаты разбрасывало на слишком большое расстояние друг от друга. В результате сплошной зоны поражения осколками, как правило, не получалось, а происходило просто несколько разрозненных взрывов.

  Стрельба «капральством» велась при углах возвышения +450 и +600 , пороховым зарядом весом около одного фунта (примерно 0,5кг.)[14]. Максимальная эффективная дальность стрельбы новым снарядом достигала 150 сажень (320м), что, как видно, в два раза превышало дальность эффективного действия простой навесной картечи. Увеличение дальности эффективной стрельбы было достигнуто за счёт того, что значительный, на таком растяни, разлёт элементов гранатной картечи, компенсировался осколочным действием входивших в её состав гранат. В виду то, что при стрельбе на близкие дистанции существовала большая вероятность поражения осколками снаряда собственных войск, минимальной дальностью применения гранатной картечи в Севастополе была установлена дистанция в 40 сажень (85м). 

  Опыт применения гранатной картечи в боях показал, что новое оружие обладало чрезвычайной результативностью против живой силы неприятеля. Падающие практически вертикально и в большом количестве гранаты эффективно поражали солдат противника укрывшихся в траншеях, за бруствера и траверсами. В истории обороны Севастополя отмечены случаи, когда солдаты неприятеля после таких залпов в панике оставляли свои траншеи. В выпущенном в 1859 г. французском официальном труде «Siege de Sebastopol. Historigue du Service de I’Artillerie», посвященном использованию артиллерии в ходе осады Севастополя, называют русскую гранатную картечь «довольно убийственной» и «очень обременительной». Однако, следует сказать, применялась она в значительно меньшем количестве, чем обычная навесная картечь. В качестве примера можно привести расход снарядов для двух 2-пуд. мортир с батареи сухопутного фронта крепости №8. В частности, в период с 7 июня по 28 августа 1855г. из них было произведено 64 выстрела навесной картечью и всего 33 выстрела «капральством».

  В полете, по описаниям большинства очевидцев, масса гранат с горящими трубками напоминала целый рой ярких звездочек. Вот, например как описывает вид со стороны на действие гранатной картечью офицер лёгкой №2 батареи 10 артиллерийской бригады А. И. Ершов: «С четветаго бастиона послали в это время, должно быть так же по работам в траншеях два капральства. Гранаты букетом светлых звёзд рассыпались над непреятельскою транеею; с перекатным треском стали там лопаться. Показалось ли мне, или это так было в самом деле, - только в след за падениям снарядов, до нас донёсся крик неприятелей». Русский военный журналист Н. В. Берг наблюдавший с большого расстояния ночную стрельбу «капральством» пишет, что выстрел им озаряет небо и сравнивает летящие компактной группой гранаты с элементами фейерверка - бураками. Из-за большого количества огней, сопровождавших каждое применение русскими гранатной картечи, она получила у французов название «светлой картечи» («La mitraille сlaire»). Обыкновенную же навесную картечь, чей полёт к цели не сопровождался подобными световыми эффектами, они стали называть «тёмной картечью» («La mitraille noire»). Из этих же соображений деление мортирной картечи на «тёмную» и «светлую» произошло и в осаждённой крепости, но прижился только термин «тёмная картечь», а название «светлая картечь», было полностью и без остатка вытеснено «капральством». 

Одна из батарей примыкающих справа к бастиону №3. 2-пуд. мортира «прежнего чертежа» на деревянном лафете. Рядом стоят ½-пуд. мортиры. Впереди, на деревянных колодах, два 3-фунт. фальконета.
Одна из батарей примыкающих справа к бастиону №3. 2-пуд. мортира «прежнего чертежа» на деревянном лафете. Рядом стоят ½-пуд. мортиры. Впереди, на деревянных колодах, два 3-фунт. фальконета.

  В заключение рассказа о применении гранатной картечи при осаде Севастополя, думаю, необходимо сказать несколько слов и об использование её противником. Прежде всего, необходимо отметить, что первыми гранатную картечь под Севастополем применила не русская армия, а французы. Подобные снаряды состояли на вооружении французской артиллерии ещё до начала войны. Аналогичный «капральству» французский снаряд имел деревянный корпус, скрепленный железными обручами и толстый поддон, так же выполненный из дерева. Для того, что бы облегчить сообщение огня от выстрела гранатным трубкам, в дне корпуса делалось отверстие. В качестве поражающих элементов, как правило, использовались крупные 12-см. гранаты, близкие по своим характеристикам к русским ¼-пуд. гранатам. В отличие от русских вариантов укладки снарядов в корпус картечи, французы помещали свои гранаты очком вниз. Принцип действия французской «светлой картечи» в основном соответствовал отечественному «капральству». Впервые французская гранатная картечь была применена там же где и русская, у бастиона №4. Защитники крепости новые неприятельские снаряды называли «букетами». Эффективность французской гранатной картечи по обе стороны фронта оценивалась не очень высоко. Во французских послевоенных отчётах отмечалось, что действие её было посредственным, дальность стрельбы недостаточна и, что русский вариант был несравненно лучше. Столь не блестящие результаты применения французской гранатной картечи обусловлены теми же факторами, что повлияли и на низкую эффективность действия русского «капральства», в варианте снаряжения его крупными  ¼-пуд. и ½ пуд. гранатами.

  После окончания Крымской войны великолепно зарекомендовавшая себя в боях гранатная картечь была официально принята на вооружение Российской армии. После всесторонних испытаний были разработаны и изданы наставления по её изготовлению, хранению и использованию. В целом принятый на вооружение снаряд сохранил вид и устройство применявшегося при обороне Севастополя «капральства». Наиболее же существенным изменением было, пожалуй, увеличение минимальной дальности стрельбы. Согласно изданным наставлениям, из соображения обезопасить собственные войска от поражения осколками своих же гранат, наименьшая дальность стрельбы возросла с 40 саженей (85м) до 100 сажень (213м). Соответственно стрельба гранатной картечью теперь производилось только при угле возвышения ствола в +450, огонь под углом возвышения в +600 при котором в Севастополе производилась действие картечью на более близкие расстояния, был полностью исключена из таблиц стрельбы. Максимальная дальность стрельбы осталась та же - 150 сажень (320м) и для стрельбы на эту дистанцию были установлены размеры максимального порохового заряда к гранатной картечи: для 5-пуд мортиры его вес составил 1,75фунта (0,79кг.), а для 2-пуд. 1,5фунта (0,68кг.). В качестве единственного боеприпаса используемого для снаряжения гранатной картечи были оставлены только 3-фун. гранаты. Хранилась гранатная картечь в крепостях в виде заготовленного заранее набора компонентов и собиралась только не задолго перед использованием. Более подробно характеристики русской гранатной картечи принятой на вооружение после Крымской войны, а так же особенности её заряжания и сборки отображены в таблице №3.

  Высокая эффективность гранатной картечи привела к попыткам использовать её даже для стрельбы из новых нарезных орудий. Так, например в 70-е годы XIX века проводились опыты по стрельбе стандартной 2-пуд. гранатной картечью из нарезной 6дм.  мортиры. Но в боекомплекты нарезной артиллерии гранатная картечь не поступила.

  На вооружении русской крепостной артиллерии гранатная картечь находилась вместе с гладкоствольными 2 и 5-пуд. мортирами вплоть до самого начала ХХ века. 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic